Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  2. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  3. Турецкий миллиардер заметил 17-летнюю беларуску и женился на ней. Рассказываем, как сложилась их история и что было после его смерти
  4. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  5. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  6. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  7. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  8. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  9. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  10. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  11. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  12. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  13. Силовики начали приходить к беларусам за жалобы в TikTok, у некоторых забирают телефоны — СМИ
  14. «Подругу за пять смен оштрафовали на 140 рублей». Беларусы рассказали, сколько на самом деле зарабатывают на складе Wildberries
  15. В Китае прошла трехсторонняя встреча Трампа, Си Цзиньпина и Путина
  16. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  17. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу


Замглавы МВД Польши, профессор и эксперт по миграции Мацей Дущик в интервью газете Wyborcza прокомментировал ожидаемые изменения, заложенные в новой миграционной стратегии. Ряд мер затрагивают работодателей, которые нанимают иностранных работников. На них предлагается возложить больше ответственности. MOST опубликовал часть интервью, которая касается рынка труда.

ВНЖ Польши. Фото: legal-immigration.pl
ВНЖ Польши. Фото: legal-immigration.pl

О каких мерах идет речь

Миграционная стратегия вводит критерии для найма сотрудников из-за рубежа, а также предполагает внедрение балльной системы оценки иностранцев. В системах, приведенных в качестве примера, баллы присуждаются за определенные навыки мигранта, которые важны с точки зрения принимающей страны. А право на въезд предоставляется при достижении минимального количества баллов.

Также стратегия предусматривает срочную проверку агентств по трудоустройству. Цель разработчиков — избавиться от компаний, которые нарушают закон и действуют в ущерб интересам работников.

Что сказал Мацей Дущик

— [Когда] будут разработаны правила балльной программы для иностранцев, упомянутой в разделе, касающемся доступа к рынку труда?

— Если бы мне пришлось оценить время, когда это станет возможным, я бы сказал, что это будет после среднесрочного обзора стратегии. Обзор будет проведен до конца 2027 года. После него мы сможем увидеть, какие критерии должны быть учтены. Это также будет дискуссией с работодателями и профсоюзами.

— В августовском отчете организация «Работодатели Республики Польша» описывает сценарий, при котором ежегодно привлекается около 100 тысяч работников из-за рубежа. Что вы об этом думаете?

— Выдвигать такие предположения в условиях экономической нестабильности необоснованно. Лучше определить потребности рынка труда и критерии, которым должны соответствовать иностранцы, выходящие на польский рынок. Например, имеют ли они такое образование или навыки, чтобы быстро переквалифицироваться.

— Кто будет устанавливать эти критерии?

— Учитывая структуру [государственной] администрации, это, скорее всего, будет закреплено в распоряжении министра развития и технологий. Министерство ведет диалог с работодателями.

Возвращаясь к цифрам, даже если компании захотят привлечь, скажем, 100 тысяч человек с Филиппин для конкретных проектов, нужно задать вопрос: хорошо, но что потом будет с этими людьми?

— Я так понимаю, что это должна быть ответственность работодателей.

— А что делают работодатели?

— Наверное, ничего.

— Именно. Можно предположить, что такие работники после завершения проекта будут просто уволены. Пусть они даже получат компенсацию, но работы для них больше нет. И что дальше? Поэтому мы и пишем о необходимости критериев отбора работников и их способности к переквалификации.

— Насколько я понимаю, стратегия пытается ответить на этот вопрос. Я имею в виду прежде всего два предложения. Первое — работодатели должны будут финансировать возвращение сезонных работников в страны их происхождения. Второе — финансировать интеграционные мероприятия. В стратегии говорится: «будут созданы инструменты для интеграции иммигрантов на рынке труда <…>, их финансирование станет обязанностью работодателей, которые нанимают определенное количество или процент иностранцев из третьих стран».

— Да, я обдумываю эти решения, хотя понимаю, что работодатели крайне против. Мы говорим не о полном финансировании возвращения, а о покрытии части расходов, связанных с возвращением. Мы извлекаем уроки из опыта Западной Европы, я имею в виду ситуацию, когда прибыль приватизируется, а издержки перекладываются на общество.

Мы хотим, чтобы работодатели взяли часть расходов на себя. Ведь именно они получают прибыль от труда иностранных работников. Иначе они были бы им не нужны.

— Эти решения уже обсуждались с работодателями? Потому что вы говорили, что они возражают.

— Да. Я многократно общался с работодателями. Они говорили, что прежде всего нуждаются в стабильности законодательства, например, если дадут сигнал, что больше нельзя будет так легко компенсировать дефицит рынка труда за счет дешевой рабочей силы из других стран, тогда мы будем инвестировать в инновационные методы, будем искать работников в других местах. Добавлю, что в прошлом году на польский рынок труда вернулось 50 тысяч человек пенсионного возраста. Это очень положительная тенденция.