Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  2. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  3. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  4. У забора резиденции Лукашенко вырос небольшой квартал «для своих». Даже у магазина там непростые владельцы
  5. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  6. Вы слышали имя Шир Хайт? Она написала книгу о том, как получают оргазм женщины — за это ее затравили так, что пришлось уйти в тень
  7. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  8. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  9. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  10. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему
  11. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  12. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  13. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  14. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  15. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  16. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  17. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой


/

Нынешний топливный кризис в России — следствие системных проблем в экономике, копившихся годами, а рост поставок из Беларуси вряд ли поможет исправить положение. Такое мнение RTVI высказал российский экономист Андрей Бархота.

Иллюстративный снимок. Фото: Skitterphoto, pixabay.com
Иллюстративный снимок. Фото: Skitterphoto, pixabay.com

Как отмечает эксперт, российская нефтепереработка исторически оставалась убыточной и технологически отсталой. Вместо того чтобы развивать сеть НПЗ по всей стране, особенно за Уралом, отрасль была сосредоточена на нескольких крупных заводах.

Теперь, когда часть этих предприятий выведена из строя после атак украинских дронов, объемы производства топлива резко сократились.

«Физически защитить НПЗ не так уж и просто, потому что дроны — дешевое оружие, которое можно запускать целыми стаями. Часть сбивается, а на остальных уже не хватает ни сил, ни средств для перехвата. Сами заводы открыты — они не находятся под землей, как иранская ядерная программа. К топливным резервуарам и мощностям с катализаторами достаточно просто тем или иным способом доставить взрывчатку. А для того, чтобы починить поврежденную инфраструктуру, нужно 6−7 абсолютно спокойных месяцев. Если этого не случится, если плотность налетов не уменьшится, то к концу года мы будем зависеть от импорта нефтепродуктов на 40−60%», — говорит экономист.

Дополнительный удар по отрасли, по его словам, нанесло эмбарго на экспорт бензина. Раньше прибыль от внешних поставок помогала компенсировать убытки внутри страны, но теперь возможности финансировать модернизацию у российских НПЗ почти нет. В итоге власти оказались вынуждены регулировать цены на топливо, что неизбежно приводит к дефициту и росту внутренних цен.

«Но дефицит — не самое страшное. Самое страшное — это цепное подорожание. Топливо использует грузовой транспорт, и если цены на него вырастут, вырастет и стоимость перевозок, а вместе с ними и цены на товары», — добавил Бархота.

По его оценке, рост топливных цен в сочетании с повышением НДС может заметно ускорить инфляцию в РФ — официальная статистика, вероятно, попытается это скрыть за счет пересмотра структуры расходов, но реальные цены будут расти.

Сейчас Москва ищет временные решения — например, добавление присадок для «повышения» октанового числа бензина или импорт топлива из Беларуси и Китая. Однако, по словам Бархоты, эти меры не решают проблему, а лишь маскируют ее. Так, использование присадок может ухудшить качество топлива и привести к проблемам с двигателями, а импорт не остановит рост цен.

«Беларусские мощности могут увеличить производство в 3−5 раз, все это пойдет на экспорт в Россию, плюс китайские поставки. Но это не решит проблему стоимости топлива. Все это купирование, но не решение топливной проблемы», — предупредил эксперт.

Он подчеркнул, что экономика России сейчас держится за счет внутренних ресурсов и связей с Китаем, Индией и странами Глобального Юга, но последствия санкций постепенно накапливаются и могут вылиться в острый системный кризис:

«Мы постепенно возвращаемся к 1990−1991 годам, когда каждый пытался как мог самостоятельно решить проблему дефицита. Новое — это хорошо забытое старое».

Напомним, на фоне топливного кризиса в России Беларусь в сентябре в четыре раза увеличила экспорт бензина по железной дороге в эту страну по сравнению с августом. В итоге объем поставок достиг 49 тыс. тонн. Однако в Москве хотели бы, чтобы беларусские НПЗ снабжали российский рынок в шесть раз больше. Вице-премьер России Александр Новак предложил увеличить этот объем до 300 тыс. тонн в месяц.

Однако эксперты BEROC в комментарии «Зеркалу» отметили, что наши НПЗ физически не смогут обеспечить такой спрос из соседней страны. По их оценкам, в последние два года они перерабатывают около 15 млн тонн нефти в год. На выходе продукции получается чуть меньше. Из всех произведенных нефтепродуктов примерно 6 млн тонн потребляются внутри страны, а около 8 млн экспортируются.