Оценить цену жизни человека в денежном выражении практически невозможно, хоть экономисты и юристы порой и пытаются это сделать. Белорусы в большинстве своем, пожалуй, сказали бы то же самое о свободе. Уже не только в теории, но и на практике некоторые из нас показали, что готовы отдать все, что имеют, ради свободы — своей или близких. Но белорусский режим, похоже, до сих пор не понимает эту ценность (хотя не исключено, что как раз понимает) и продолжает сажать за решетку невиновных людей. Но, скорее всего, прагматики во власти не считали, сколько теряет экономика от того, что все эти люди находятся за решеткой, а не на свободе. По просьбе «Зеркала» такие расчеты сделал старший научный сотрудник BEROC, экономист Дмитрий Крук.
Редакция «Зеркала» вместе с десятками других независимых медиа и общественных организаций запускает марафон помощи политзаключенным и их семьям «Нам не все равно!». Мы будем собирать деньги для людей, которых белорусский режим всеми силами пытается изолировать. Власти хотят, чтобы политические заключенные и их близкие чувствовали себя забытыми — и нам, белорусам, крайне важно этого не допустить. Помогите людям, оказавшимся за решеткой за свои убеждения.
Здесь подробности марафона и важная информация для читателей из Беларуси
Ради вашей безопасности редакция «Зеркала» призывает не донатить с карточек белорусских банков. Если вы читаете это находясь в Беларуси — вы уже делаете очень важное дело. Вы преодолеваете страх и не даете режиму заставить вас не смотреть по сторонам.
Деньги будут собираться на единый счет фонда «21 мая», созданного Ольгой Горбуновой, представительницей Кабинета по социальным вопросам. После они будут переданы организациям, помогающими политзаключенным и их семьям.
Минимальное пожертвование установлено на уровне 5 евро для того, чтобы не дать недоброжелателям заблокировать кампанию по сбору средств большим количеством крошечных платежей — они вызывают подозрения у платежной системы, и она останавливает прием денег.
От 3 до 12 млн долларов в год на содержание политзаключенных
— Переводя этот вопрос в экономическую плоскость, важно подчеркнуть, что это в определенной степени циничное упражнение. В первую очередь надо смотреть не на экономические потери — это прежде всего вопрос справедливости. Переводя его в экономическое измерение, мы, вольно или нет, потворствуем девальвации значимости этого вопроса, — сразу делает оговорку экономист Дмитрий Крук.
Тем не менее, если подходить к вопросу прагматично, то такие расчеты произвести реально. И оказывается, что потери для нашей экономики от того, что в Беларуси людей массово бросают за решетку по политическим мотивам, будут огромными.
Экономист разделил потери от нахождения за решеткой политзаключенных на несколько уровней. Самый понятный и наглядный — это прямые потери. К ним относятся расходы, которые тратит бюджет на содержание людей в местах лишения свободы.
— По очень консервативным расчетам это где-то 200 долларов в месяц [на каждого политзаключенного], с учетом питания, содержания тюрем, оплату вертухаев и прочее. Если брать из расчета 1,5 тысячи политзаключенных, то так называемые прямые потери составляют где-то 3,6 млн долларов в год. Если их в два раза больше, то 7,2 млн, — рассказывает экономист.
Если исходить из неофициальных данных, озвученных представительницей по социальным вопросам Объединенного переходного кабинета Ольгой Горбуновой о том, что политзаключенных в стране может насчитываться 4−5 тысяч, то прямые потери будут на уровне 9,6−12 млн долларов в год.
Здесь важно отметить, что система Департамента исполнения наказаний МВД зарабатывает на практически бесплатном труде заключенных. О том, идут ли эти средства в бюджет и как именно они потом расходуются, структуры МВД перед общественностью не отчитываются.
Еще десятки миллионов из-за их неучастия в экономике
По словам экономиста, чтобы провести расчеты на уровне непрямых потерь, приходится использовать определенные предположения и обобщения. Второй уровень потерь состоит из нескольких частей. Это упущенные выгоды с учетом того, как могла бы выглядеть ситуация, если бы политзаключенных не было, и о каком периоде идет речь.
— Я сделал оценку в контексте одного года. Но стоит понимать, что многие из этих потерь будут инерционными: даже если завтра Беларусь становится демократической и все политзаключенные выходят, все равно многие из этих потерь будут накапливаться, — уточняет Дмитрий Крук. — В контексте упущенной выгоды можно выделить несгенерированные доходы и добавленную стоимость тех людей, которые находятся за решеткой. То есть оценить, сколько бы они принесли себе и экономике, если бы были на свободе и занимались своим делом. По самой консервативной оценке, один политзаключенный на свободе генерировал бы по 800 долларов в месяц добавленной стоимости. Исходя из числа политзаключенных в 1,5 тысячи, получается, что в год экономика в этом направлении недополучает 14,4 млн долларов.
Если же политзаключенных 4−5 тысяч, то эта упущенная выгода увеличивается до 38,4−48 млн долларов в год. К этому можно прибавить сумму недополученных налогов: 1,9 млн долларов от 1,5 тысячи человек, находящихся в заключении по политическим мотивам.
— В реальности эта цифра будет существенно больше, с учетом того, что там (в местах лишения свободы. — Прим. ред.) по сути находится цвет нации, — говорит экономист.
В более широком понимании можно говорить о потерях в миллиарды долларов
Дмитрий Крук назвал еще один уровень косвенных и не самых осязаемых потерь. Во-первых, это мультиплицирование (умножение) потерь, уже названных выше. Во-вторых, воздействие репрессий на бизнес-климат.
— Еще до начала войны, когда началась история с политзаключенными, мы видели, что на Беларусь стали смотреть как на изгоя. Фактически репрессии ставят крест на инвестиционной активности, причем не только на иностранной, но и на внутренней, — объясняет экономист. — Бизнес часто говорит, что в такой атмосфере планировать инвестиционную активность даже по сугубо экономическим, прагматическим соображениям нелепо.
В-третьих, это влияние наличия политзаключенных на миграцию, продолжает эксперт. Многие люди уезжают ради самосохранения — они не хотят стать новыми политзаключенными. В-четвертых, это влияние на потребительское и сберегательное поведение белорусов.
— Когда в стране идут политические репрессии, люди понимают, что не все хорошо, политическая система неустойчивая, значит, экономическая — тоже. В этой ситуации они меньше доверяют банкам, меньше смотрят в завтрашний день и считают, что это не очень хорошее время для крупных покупок, планирования своего будущего, — объясняет Дмитрий Крук.
Все перечисленные элементы вместе приводят к довольно большим потерям для экономики. Эксперт оценивает их минимум в 2,1 млрд долларов. Это около 3% ВВП.
Если добавить к ним санкции, одной из причин введения которых стало бросание белорусов за решетку по политическим мотивам, а также причастность Беларуси к военной агрессии, то, по оценке экономиста, можно говорить об экономических потерях на уровне 10% ВВП за 2022 год. Но они могут достигать и 20% ВВП. Напомним, ВВП нашей страны — 191,4 млрд рублей.
— По факту белорусский ВВП в прошлом году упал на 4,7%. Это, с одной стороны, понесенные потери, а с другой — сильный компенсирующий эффект, прежде всего связанный с Россией. Но потери от войны и санкций существенно выше, чем прошлогоднее падение ВВП, которое произошло по факту. В денежном эквиваленте это от 7 до 14 млрд долларов, — говорит Дмитрий Крук.
— Большие ли это потери?
— Если учитывать, что в конечном итоге это привело к тому, что страна пусть не напрямую, но втянута в историю с войной, стоит на пороге потери суверенитета, то это драматическая ситуация и огромные потери. А началось все с того, что людей стали сажать за то, что они хотели поменять власть абсолютно законным путем. Поэтому можно смело использовать самый громкий эпитет по отношению к потерям — невообразимые, супермасштабные…
Если мы посчитаем еще и потерю части суверенитета (по моему мнению, это можно встраивать в причинно-следственную связь), то к названным потерям стоит добавить и это. Но я не возьмусь это оценивать, очень субъективный вопрос. Это как пытаться оценить денежный эквивалент человеческой жизни. Подавляющее большинство людей следует максиме, что жизнь бесценна. То же самое с государством — мы можем пытаться привести денежный эквивалент потери части суверенитета. Но я не возьмусь это делать, исходя из того, что он бесценен.
Поблагодарить за статью