Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  2. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  3. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  4. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  5. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  6. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  7. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  8. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  9. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  10. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  11. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  12. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  13. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  14. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  15. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  16. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  17. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  18. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса


/

Недавно антипрививочник и сторонник теорий заговора Роберт Кеннеди-младший, который недавно возглавил Минздрав США, громко высказался об антидепрессантах. Он заявил, что некоторым людям сложнее отказаться от них, чем от героина. Вообще, убеждение, что с антидепрессантов «тяжело соскочить», довольно распространено и в Беларуси — рассказываем, правда ли это.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com

Почему люди боятся антидепрессантов

В Беларуси успокоительные и антидепрессанты стали очень востребованы в 2020 году на фоне пандемии коронавируса. Спрос на них рванул на 18%. Самый высокий — на сильнодействующие антидепрессанты и нейролептики — был в марте и декабре того года: в наиболее острые периоды первой и второй волны COVID-19.

Несмотря на то что, согласно прогнозам ученых, люди все чаще будут страдать от ментальных расстройств, некоторые еще боятся начинать пить антидепрессанты. В основном — из-за опасений, что привыкнут, и, соответственно, из-за последующего синдрома отмены.

Кроме того, некоторые беларусы рассказывают, что прием антидепрессантов сильно повлиял на их здоровье в негативном ключе. Например, у них испарился интерес к интимной жизни. Из-за таких страшных рассказов или заявлений, подобных тем, что сделал Кеннеди, вокруг лечения антидепрессантами может сформироваться стигма — то есть стереотипное представление (не всегда соответствующее реальности).

— То, как мы распространяем сведения о лекарствах, важно не только для обеспечения точности информирования, но и для того, чтобы не способствовать стигматизации, которая может помешать людям обращаться за помощью при проблемах с психическим здоровьем, — отмечает психиатр из США Гейл Сальц.

Тем временем беларусская психотерапевтка Татьяна Бакштанович отмечает, что в нашей культуре даже обсуждение психических расстройств — это табу, не говоря уже о том, чтобы прибегать к лекарственным препаратам.

— Увы, многие пациенты даже не признаются близким, что побывали на приеме у психотерапевта, не говоря уже о психиатре. По статистике, женщины болеют депрессией в два раза чаще. Самые опасные периоды — это беременность, время после родов и менопауза, — говорит она.

Мужчины в Беларуси, по словам Бакштанович, чаще всего «лечат» депрессию алкоголем.

В целом пациенты и пациентки, судит по своей практике психотерапевтка, очень боятся антидепрессантов, «особенно если начитаются про старое поколение лекарств — трициклические, у которых было много побочных эффектов».

— У нового поколения — селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС) и норадреналина — все иначе. Они лучше переносятся. Но все равно людям нужно объяснять, не жалеть на это времени, сопровождать. Потому что антидепрессанты работают очень медленно и в начале приема порой дают неприятные эффекты, — признает Бакштанович.

Изображение использовано для иллюстрации. Фото: pixabay.com
Изображение использовано для иллюстрации. Фото: pixabay.com

По словам специалистки, самые тяжелые — первые две недели. Порой человек может даже самостоятельно отменить лечение. Позже, когда уже начинается накопительное действие, становится лучше.

— Выраженный эффект обычно наступает через 4−6 недель. Для того врач и нужен, чтобы объяснить и удержать человека в терапии, — рассказывает Бакштанович.

Вызывают ли антидепрессанты зависимость

Если коротко, то нет.

Впрочем, психиатр из США Йозеф Витт-Дорринг замечает: отчасти то, что сказал Кеннеди, правда. Но для полного понимания картины важен еще и контекст.

— Если вы не разбираетесь в теме, то, услышав такое, можете подумать, что абсолютно всем людям будет труднее бросить антидепрессанты, чем героин. А это не так. Это касается только тех людей, которые очень уязвимы для «синдрома отмены», хоть таких немало, — говорит Витт-Дорринг.

По словам экспертов, причина, почему антидепрессанты — это не то же самое, что и наркотики, вызывающие зависимость, кроется в нейрохимической природе и функциях каждого из них.

Все вызывающие привыкание наркотики — включая героин и другие опиоиды, а также алкоголь — обеспечивают «интенсивное вознаграждение через дофаминовую систему мозга», говорит психолог Кит Хамфрис, изучающий природу зависимостей в Стэнфордском университете (США). Проще говоря, такие вещества вызывают большие всплески дофамина.

— Вот почему у них есть потенциал захватить мозг, который думает: «Ух ты, это должно быть действительно важно. Это важнее, чем есть и заботиться о моем ребенке», — объясняет он.

У антидепрессантов же совершенно другой механизм действия, подчеркивает Хамфрис.

— Они вообще не управляют дофамином. Химическая система, на которую в первую очередь нацелены селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (современные формы антидепрессантов. — Прим. ред.), — это серотонин, — говорит психолог.

Выходит, антидепрессанты не дают людям моментального «ощущения полета». Они просто помогают большинству людей чувствовать себя более стабильно, говорит психиатр Рэги Гиргис. Он также обращает внимание на то, что эти лекарства «чисто терапевтические», у них нет реального потенциала злоупотребления и «у людей не будет тяги к ним».

В свою очередь, зависимость — это психическое расстройство, у которого есть достаточно четкие критерии, которые характерны для любой зависимости (алкогольной, наркотической, игровой, пищевой), говорит российский психиатр Кирилл Сычев. По его словам, яркие ее признаки включают непреодолимую тягу к предмету зависимости, толерантность (необходимо постоянно увеличивать дозу, потому что прежняя уже не приносит желаемого эффекта) и потерю контроля над количеством принимаемого вещества.

— В случае с антидепрессантами не формируется ни тяга, ни толерантность к лекарственным препаратам, у пациента нет ни физической, ни психической потребности принимать бóльшую дозу лекарства, нежели ту, что назначил врач, — замечет Сычев. — Современные антидепрессанты в подавляющем большинстве не требуют лабораторного контроля за состоянием пациента во время лечения.

Психиатр также обращает внимание, что антидепрессанты неслучайно предназначены для длительного непрерывного приема, вплоть до нескольких лет. Если бы они вызывали зависимость, то медики бы так не рисковали: это хорошо видно на примерах тех же корвалола и валокордина, о которых «Зеркало» писало ранее.

Также, добавляет Сычев, лекарственные препараты, вызывающие зависимость, не назначают беременным и кормящим женщинам. Антидепрессанты же разрешены и в период вынашивания ребенка, и при кормлении грудью.

Почему некоторым так тяжело «соскочить», если зависимости нет

По словам Сычева, проблема в том, что, когда человек жалуется, что не может «соскочить с колес», происходит подмена понятий.

— В данном случае речь идет не о зависимости от антидепрессантов, а о синдроме отмены. Такое действительно может быть, когда, прекращая принимать препарат, человек какое-то время может чувствовать себя плохо, — рассказывает психиатр. И уточняет: — Что бывает нечасто.

Синдром отмены может возникнуть, если пациент длительное время принимал препарат, а потом резко бросил или если в период приема у него не было адекватной психотерапевтической поддержки. Еще одна причина — индивидуальные особенности организма.

— Самое простое объяснение возникновения синдрома отмены заключается в том, что прекращение приема этих препаратов приводит к резкому и быстрому снижению уровня серотонина — нейромедиатора, который, как считается, обуславливает эффект антидепрессантов. Это будет грубым упрощением, но адекватные уровни серотонина делают вас счастливыми и расслабленными, в то время как его низкие уровни делают вас грустными и тревожными, — объясняет нейрофармаколог и нейрохимик Колин Дэвидсон.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Gül Işık
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Gül Işık

Дэвидсон подчеркивает, что при отказе от героина часто требуется лечение препаратами, которые, как героин, активируют опиоидные рецепторы, но «работают» несколько иначе.

— Обычно, когда кто-то, кто пытается слезть с героина, идет к фармацевту и получает ежедневную дозу метадона или бупренорфина. Это так называемая заместительная терапия, потому что новый препарат заменяет героин, — объясняет он.

Тем временем, чтобы прекратить прием антидепрессантов с минимальным риском синдрома отмены, нужно просто постепенно уменьшать дозу.

— Это означает, что вы будете принимать все меньшие и меньшие дозы в течение нескольких недель или месяцев, прежде чем полностью отказаться от них, — говорит Дэвидсон.

Это же отмечает и психиатр Кирилл Сычев. Он подчеркивает, что, как правило, для того чтобы слезть с антидепрессантов, «может уйти около одного месяца, в редких случаях — до нескольких месяцев». Но зависимость и синдром отмены, по его словам, путать нельзя.

Психиатр Гейл Сальц также замечает, что эти понятия нельзя даже сравнивать.

— В идеале, когда вы прекращаете принимать лекарство, <…> все должно вернуться к норме, но вашему мозгу может потребоваться время, чтобы адаптироваться. Если он не адаптируется с той же скоростью, с какой вы сокращаете прием лекарств, это может привести к таким симптомам отмены, как головокружение, головная боль, тошнота, бессонница и раздражительность, — говорит врач.

Именно поэтому с таких препаратов нужно «уходить» грамотно и постепенно, строго придерживаясь предложенной врачом схемы, уточняет Сычев. Большинство людей, принимающих антидепрессанты, все же не испытают симптомов отмены при отказе от лекарств. Количество тех, у кого он появляется, колеблется от 15% до 33%.

Психолог Кит Хамфрис добавляет: если вы опасаетесь принимать антидепрессанты из-за возможного синдрома отмены, то помните, что «вы не можете знать, получите ли вы пользу, не попробовав, и в попытках нет большого риска». Тяжелая депрессия же, как он убеждает, «уже гораздо более ужасный опыт».

Хотя этот текст написан на основе авторитетных медицинских источников, его нельзя приравнивать к консультации врача. У каждого человека есть свои особенности, поэтому всегда стоит консультироваться с профессионалом, которому вы доверяете.