Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  2. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  3. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  4. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  5. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  6. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  7. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  8. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  9. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  10. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  11. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  12. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  13. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  14. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  15. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  16. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  17. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса


Украинские военные, которые возвращаются с фронта или из плена, испытывают проблемы со своей интимной жизнью. Но об этой проблеме в стране почти не говорят, а системной помощи таким людям не существует, пишет издание NV.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Arifur Rahman Tushar
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Arifur Rahman Tushar

С одним из военных, столкнувшимся с такой проблемой, журналисты поговорили на условиях анонимности: они признаются, что мужчинам крайне тяжело обсуждать эту тему. Боец рассказал, что ушел воевать еще в 2015 году, но это само по себе не вызвало проблем в сексе. Все стало хуже после контузии, полученной на фронте. Военный травмировал свою партнершу во время секса, ударив ее о шкаф.

— Она получила небольшую травму спины, а у меня появился страх снова ей навредить. Поэтому я полностью прекратил половые отношения, — прокомментировал ситуацию собеседник NV.

Cексолог и сопредседатель Ассоциации военных реабилитологов МАВР Святослава Федорец подтвердила изданию, что ситуации, когда у фронтовиков после ранений меняется половое поведение, весьма частые. Однако в Украине это мало кто признает и тем более занимается необходимой коррекцией на уровне государства — как, например, в Израиле.

Проблемы в интимной жизни могут появиться не только из-за контузии. Причиной становятся и ампутации, и травмы спинного мозга и половых органов, а также ПТСР — посттравматическое стрессовое расстройство. По словам Федорец, среди военных с ПТСР примерно 85% имеют сексуальную дисфункцию. И, несмотря на то, что многих эта проблема волнует, мало кто готов обсуждать ее со специалистами.

В прошлом году о проблеме ПТСР и насилия писало также издание «Холод». Там упоминалось американское национальное исследование адаптации ветеранов Вьетнама, опубликованное в 1990 году. Данные показали, что в течение года насилие над партнером совершали примерно 33% бывших военных с ПТСР, в то время как агрессоров без ПТСР было около 14%.

Опасность заключается в том, что на травме экс-военных все не заканчивается. Как правило, в отношениях с мужчиной с ПТСР женщина может чувствовать бремя ухода за партнером и из-за этого чаще срываться на нем, тоже проявляя агрессию. Так зарабатывается вторичная психологическая травма.

— Мы получили свою долю [травмы], особенно если наши партнеры каким-то образом причинили нам боль. Я не считаю, что, когда я плохо обращаюсь с мужем, он сам в этом виноват — точно так же, как он не может винить меня, когда он не прав. Это не значит, что все в порядке. Это просто значит, что я люблю кого-то с посттравматическим стрессом, и у меня есть собственный груз, с которым нужно справиться, — писала Сара Шарп, автор блога «Невидимые супруги ветеранов» и жена ветерана войны в Ираке.