Поддержать нас
Беларусы на войне
Чытаць па-беларуску


/

Типичная сцена из фильмов: мужчина, делая предложение своей избраннице, дарит ей кольцо с бриллиантом, которое словно символизирует ценность партнерши. Или девушка хвалится таким кольцом перед подругами, сообщая, что скоро выходит замуж. Или отказывает претенденту, и тот в сердцах выбрасывает дорогостоящее украшение. Кажется, кольцо с бриллиантом, хотя бы небольшим, для предложения любимой женщине — это какая-то очень давно устоявшаяся традиция, и даже если уровень доходов мужчины не позволяет покупать драгоценности, такое кольцо воспринимается как общественная норма и идеал, к которому нужно стремиться. Однако на самом деле эта «норма» появилась всего лишь в середине XX века, и создала ее, по сути, реклама одной компании, которой очень нужно было поднять свои продажи.

Деньги на ветер

Кольца с бриллиантами сами по себе, конечно, существовали давно, но еще перед Второй мировой войной их считали роскошью для самых богатых. Все изменила алмазодобывающая компания De Beers.

В 1938 году эта южноафриканская фирма контролировала большую часть мировой торговли алмазами. Но продажи падали, и дела шли все хуже. Виной тому был кризис — Великая депрессия, начавшаяся еще в 1929-м. В Европе цены на бриллианты (обработанные алмазы) обвалились, да и во многих странах, например, в Германии, Австрии, Италии и Испании, не было принято дарить бриллианты на помолвку. А ведь это, пожалуй, самый частый, кроме свадьбы, повод для покупки кольца.

Кольцо с бриллиантом в 1.13 карат, 1994 год. Фото: commons.wikimedia.org
Кольцо с бриллиантом в 1,13 карата. Фото: commons.wikimedia.org

Надежда была на США, где такой рынок, хоть и небольшой, имелся. По данным американского журналиста Эдварда Джея Эпштейна, который в 1980-х расследовал историю De Beers, в 1938 году около трех четвертей алмазов картеля уходило на кольца для помолвки в Соединенных Штатах. Однако американцы покупали в основном небольшие и недорогие камни по средней цене около 80 долларов. Как же убедить их покупать больше и дороже?

De Beers обратилась в филадельфийское рекламное агентство N. W. Ayer. В сентябре 1938 года из Йоханнесбурга в Нью-Йорк приехал 29-летний Гарри Оппенгеймер, сын главы De Beers Эрнеста Оппенгеймера. Он встретился с президентом Ayer Джеральдом Лауком и предложил агентству придумать для бриллиантов новый образ, который убедит жителей США массово их покупать. Расходы на исследование рынка De Beers брала на себя.

Гарри Оппенгеймер (слева) и его отец Эрнест Оппенгеймер в Амстердаме, 30 ноября 1945 года. Фото: Koos Raucamp / Anefo, Nationaal Archief
Гарри Оппенгеймер (слева) и его отец Эрнест Оппенгеймер в Амстердаме, 30 ноября 1945 года. Фото: Koos Raucamp / Anefo, Nationaal Archief

Агентство опросило американцев, и картина вышла невеселая. Большинство считало бриллианты чем-то, что покупают лишь сверхбогатые люди, которым некуда девать деньги. Женщины предпочитали, чтобы мужчины ради них лучше тратились на стиральную машину или новый автомобиль — «на что угодно, только не на кольцо», вспоминала в 1988 году Фрэнсис Джерети, копирайтер Ayer, о которой мы еще скажем ниже. Кольцо с бриллиантом, по ее словам, считалось деньгами, выброшенными на ветер. Накануне Второй мировой войны такой камень был только в одном кольце для помолвки из десяти, пишет BBC.

Мешало и американское антимонопольное законодательство. De Beers контролировала большую часть мировой добычи алмазов, то есть была монополистом, поэтому работать в США не могла, и в рекламе нельзя было ни упоминать ее название, ни демонстрировать ее продукцию. Агентству предстояло придумать, как продать людям идею бриллиантов вообще. Как создать мечту о бриллиантах.

Психологическая необходимость

Исследования Ayer показали, что больше 90% колец для помолвки покупают молодые мужчины. Значит, именно их нужно было убедить, что бриллиант — главный подарок в знак своей любви и решимости, и чем он крупнее, тем сильнее чувство. А девушки должны были привыкнуть к идее, что до такого подарка отношения нельзя считать серьезными.

Агентство раздавало бриллианты кинозвездам, чтобы те появлялись с ними на публике. По радио рассказывали о новой моде на бриллианты — хотя саму эту моду Ayer только создавало. Показывать в рекламе украшения De Beers было нельзя, поэтому на страницах журналов появлялись абстрактные бриллианты рядом с картинами Пикассо, Дали и других модных художников: этот сверкающий камень должен был восприниматься как произведение искусства.

Агентство даже предлагало привлечь британскую королевскую семью. Южная Африка тогда входила в Британскую империю, алмазы оттуда продавались через Лондон, и в Ayer рассудили: если король и королева будут носить бриллианты, а не другие камни, это очень «поможет британской промышленности». Позже Елизавета, жена короля Георга VI, побывала на нескольких южноафриканских алмазных рудниках и приняла от Оппенгеймера бриллиант в подарок.

Реклама колец для помолвки для продвижения продукции De Beers, 1942 год. Фото: periodpaper.com
Реклама колец для помолвки для продвижения продукции De Beers, 1942 год. Фото: periodpaper.com

Уже к 1941 году продажи De Beers в США выросли на 55%. После окончания войны за рекламу бриллиантов взялись еще серьезнее. «Мы имеем дело с проблемой массовой психологии», — говорилось в стратегии агентства Ayer на 1947 год. Целью было сделать кольцо с бриллиантом «психологической необходимостью», чтобы оно при соответствующем случае казалось таким же важным, как вещи и услуги, в которых люди действительно нуждаются в жизни, и в такой же степени претендовало на деньги в кошельке потребителя.

Целевой аудиторией рекламной кампании были определены «около 70 миллионов человек от 15 лет и старше» — большая часть взрослых американцев и американок. С 1946-го Ayer каждую неделю рассылало в 125 газет сводку о том, какие бриллианты носят голливудские звезды. Чтобы, глядя на них, «жена бакалейщика и подружка механика» говорили: «Хочу такое же», объяснялось в стратегии 1948 года. Даже по старшим школам ездили нанятые лекторы, выступая перед тысячами девушек, и эти лекции, как отчитывалось агентство, «вращались вокруг кольца с бриллиантом для помолвки».

Здание рекламного агентства N. W. Ayer в Филадельфии, построенное в 1929 году. Фото: Beyond My Ken, commons.wikimedia.org
Здание рекламного агентства N. W. Ayer в Филадельфии, построенное в 1929 году. Фото: Beyond My Ken, commons.wikimedia.org

Навсегда

Упомянутая выше Фрэнсис Джерети пришла в Ayer в 1943 году. Агентство как раз очень нуждалось в копирайтере-женщине, потому что предыдущая недавно уволилась. Женщинам в то время доверяли продвижение только дамских товаров, и Джерети поручили вести De Beers — это ведь украшения. Следующую четверть века именно она писала для компании всю рекламу.

Копирайтер Фрэнсис Джерети. Фото: De Beers / thediamondcollective.world
Копирайтер Фрэнсис Джерети. Фото: De Beers / thediamondcollective.world

Однажды ночью в 1947-м Фрэнсис закончила тексты для очередной серии объявлений и уже собиралась ложиться спать, но поняла, что забыла придумать главный слоган. «Господи, пошли мне строчку», — сказала уставшая женщина и что-то записала на клочке бумаги. Утром фраза показалась ей так себе, но Джерети все-таки предложила ее на совещании. Поначалу «никто не прыгал от восхищения», вспоминала она в интервью спустя сорок лет.

Этим слоганом было A Diamond Is Forever, «Бриллиант — навсегда». Его поставили под рекламной фотографией молодоженов в свадебном путешествии. Коллегам-мужчинам эта фраза не понравилась: они говорили, что она ничего не значит и грамматически звучит странно. Тем не менее с 1948 года слоган стоял во всей рекламе De Beers по этой теме.

Слово «навсегда» было гениальной находкой не только из-за того, что придавало украшениям больше романтической ценности (и повышало цену). Компании было крайне важно не допустить перепродажи бриллиантов, сделать это неприличным. Если бы люди сбывали надоевшие бриллианты по объявлениям так же, как машины или мебель, на рынке было бы множество камней с рук по цене гораздо ниже, чем у новых, что снизило бы спрос в магазинах и цены, объяснял Эпштейн. Бриллианты должны были стать вечными в том смысле, что их хранят всю жизнь и не перепродают.

Реклама De Beers 1959 года со слоганом A Diamond Is Forever. Иллюстрация Колин Браунинг. Фото: periodpaper.com
Реклама De Beers 1959 года со слоганом A Diamond Is Forever. Иллюстрация Колин Браунинг. Фото: periodpaper.com

Уже в 1951 году в отчете агентства со слов ювелиров значилось: «Девушка не считается обрученной, если у нее нет кольца с бриллиантом». Если перед войной такой подарок на помолвку получала одна из десяти американских невест, то теперь — восемь из десяти.

Броский слоган быстро въелся в общественное сознание. В 1954 году британский писатель Ян Флеминг увидел в американском Vogue рекламу с фразой A Diamond Is Forever и, слегка изменив, сделал ее названием четвертого романа о Джеймсе Бонде — «Бриллианты навсегда» (Diamonds Are Forever, 1956). Данных о том, был ли это заказ от De Beers, мы не нашли, но в процессе работы, собирая материал о контрабанде алмазов, Флеминг общался с людьми из компании и посещал производство, чтобы посмотреть, как сортируют и гранят камни.

В 1971 году по роману вышел фильм с Шоном Коннери в главной роли, да еще и с яркой одноименной песней Diamonds Are Forever в исполнении Ширли Бэсси. De Beers воспользовалась моментом, и в Британии ее рекламщики предлагали ювелирам устраивать совместные промоакции с кинотеатрами, где шел фильм.

В 1999 году журнал Advertising Age назвал A Diamond Is Forever («Бриллиант — навсегда») лучшим рекламным слоганом XX века. Впрочем, Фрэнсис Джерети не считала эту фразу такой уж удачной. В том же году она умерла, прожив 83 года. Женщина, убедившая мир в том, что мужчина должен предлагать руку и сердце с бриллиантовым кольцом, сама так и не вышла замуж.

Приличный жених должен…

Задачей агентства, как мы помним, было не только увеличить продажи в США количественно, но и убедить покупателей тратить больше, брать более дорогие камни. И здесь Ayer тоже придумало блестящий ход: мол, кольцо с бриллиантом для помолвки лучше любых слов говорило женщине о статусе мужчины, его заработке и перспективах благополучной совместной жизни. На старте работы, в конце 1930-х, реклама убеждала американцев, что они должны покупать кольцо стоимостью в их месячный заработок. Но за сорок лет, к 1980-м, планка выросла уже до двух месячных зарплат. «Разве две зарплаты — высокая цена за то, что длится вечно?» — спрашивала одна из реклам тех лет.

«Норма» при этом варьировалась в разных странах, где продавались бриллианты De Beers. Например, в Британии она так и осталась на одной зарплате. А вот японцам, напротив, советовали тратить на помолвочное кольцо целых три зарплаты.

Япония вообще оказалась особым случаем для De Beers. До 1959 года ввозить туда бриллианты было попросту запрещено. Ухаживаний за невестой по западному образцу там тоже не было, дарить кольца было не принято, браки часто заключались по договоренности между родителями. Так что, когда компания начала там продвижение своих украшений вместе с агентством J. Walter Thompson в 1967 году, это была задача со звездочкой. Нужно было убедить японцев, что им нужно что-то очень дорогое, о чем еще вчера они вообще не задумывались.

"Как сделать так, чтобы двух зарплат хватило навсегда?" Реклама колец для помолвки De Beers, 1980-е. Фото: antiquejewellerycompany.com
«Как сделать так, чтобы двух зарплат хватило навсегда?» Реклама колец для помолвки De Beers, 1980-е. Фото: antiquejewellerycompany.com

«Продавать» это решили через мечту о жизни по-новому, «как на Западе», и на контрасте этого с консервативной и небогатой японской действительностью. В местных журналах появилась реклама: женщины с европейской внешностью, в европейской одежде катаются на велосипедах, ходят в походы, плавают на яхтах — и все это со сверкающим бриллиантом на пальце. Это создавало четкий образ бриллианта как символа разрыва с безрадостным прошлым и принадлежности к современной счастливой жизни на уровне западных стран.

И снова все сработало. Если в 1967 году кольцо с бриллиантом получали меньше 5% японских невест, то в 1972-м — 27%, а в 1981-м — около 60%. Япония стала вторым после США рынком колец с бриллиантами. И чтобы японцы не скупились, реклама 1970-х напоминала, что кольцо с бриллиантом для подарка невесте надо брать стоимостью в три своих месячных зарплаты.

Подобное усиленное продвижение стоило De Beers дорого, но окупилось буквально сторицей. Есть данные по США: за сорок лет, с 1939 по 1979-й, расходы компании на рекламу выросли с 200 тысяч до 10 миллионов долларов в год. Но за это же время оптовые продажи ее бриллиантов выросли там с 23 миллионов долларов до 2,1 миллиарда, то есть больше чем в 90 раз.

Из России с любовью

А теперь то, чего вы вряд ли ожидали от этой истории, — участие СССР.

В 1950-х в Якутии нашли богатые месторождения алмазов. Если бы Советы сами вышли с ними на мировой рынок, там сильно обвалились бы цены, а это не было выгодно никому. Поэтому Гарри Оппенгеймер предложил советской стороне продавать алмазы через De Beers, «по единому каналу». Москва согласилась. Как пишет историк Юрий Скубко из Института Африки Российской академии наук, первое соглашение об этом в 1959 году подписали «Союзпромэкспорт» и Diamond Corporation — дочерняя компания De Beers (ее еще в 1930 году создал отец Гарри Эрнест Оппенгеймер).

Карьер «Мир» в Якутии, одно из алмазных месторождений, найденных в 1950-х. Фото: Staselnik, commons.wikimedia.org
Карьер «Мир» в Якутии, одно из алмазных месторождений, найденных в 1950-х. Фото: Staselnik, commons.wikimedia.org

Но была одна сложность: De Beers — южноафриканская фирма. В 1962 году Генеральная ассамблея ООН призвала весь мир бойкотировать ЮАР из-за политики апартеида в стране. Великобритания и западные правительства были против, но 67 государств на голосовании поддержали бойкот, в том числе СССР. В мае 1964-го Гарри Оппенгеймер заявил, что по этой причине De Beers не продлевает контракт на покупку советских камней. Но тут же добавил, что это не нарушит работу их лондонской конторы, через которую шла централизованная торговля алмазами и которая задавала мировые расценки.

Фокус был в том, что на самом деле De Beers вовсе не отказалась от советских камней. К моменту публичного объявления уже были организованы закупки через посредника. С 1963 года Москва заключала контракты через лондонскую фирму City and West-East Ltd, и соглашения продлевались каждые три года до конца существования СССР, пишет в своей работе Юрий Скубко. Только за первую половину 1964-го Diamond Corporation таким образом купила 320 тысяч каратов советских алмазов (64 килограмма) примерно за 2,5 миллиона фунтов — по нынешним ценам это около 64 миллионов евро, отмечено в архивном деле британского МИДа. Схему поставок курировал председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин, и британская разведка, которая следила за грузами «Аэрофлота», прекрасно знала о сделках, отмечает Скубко.

Председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин в Гласборо (США), июнь 1967 года. Фото: Yoichi Okamoto, LBJ Library
Председатель Совета министров СССР Алексей Косыгин в Гласборо (США), июнь 1967 года. Фото: Yoichi Okamoto, LBJ Library

В De Beers рассчитывали, что добыча в Сибири со временем пойдет на спад, но она только росла. А особенность якутских алмазов была в их малом размере — обычно меньше половины карата (1 карат — это 0,2 грамма). Миллионы мелких камней надо было как-то продавать.

Рекламу пришлось перестроить, ведь до сих пор она внушала, что чем крупнее бриллиант на кольце, тем сильнее любовь мужчины, который его дарит. Теперь же вместо камней по два карата стали показывать камни весом в четверть карата, а главным показателем ценности бриллианта называли уже не размер, а качество. Ayer добавило в каждую рекламу блок «Как выбрать бриллиант»: спрашивайте о цвете, чистоте и огранке, выбирайте хороший камень — и вы будете гордиться им «независимо от его размера». Так, объясняет писательница Кортни Салливан, появилось правило «четырех C», по которому и сегодня оценивают бриллианты: color, clarity, cut и carat — по-английски «цвет», «чистота», «огранка» и «карат».

Реклама De Beers конца 1950-х со слоганом A Diamond Is Forever. Картину для нее написал художник Роберт Грилли. Внизу цены на бриллианты от четверти карата до двух каратов и совет обращать внимание на цвет, огранку, чистоту и вес камня. Фото: thediamondco
Реклама De Beers конца 1950-х со слоганом A Diamond Is Forever. Картину для нее написал художник Роберт Грилли. Внизу цены на бриллианты от четверти карата до двух каратов и совет обращать внимание на цвет, огранку, чистоту и вес камня. Фото: thediamondcollective.world

Кроме того, De Beers придумала «кольцо вечности» для женщин, которые давно замужем. На одном таком кольце было до 25 крошечных бриллиантов. Реклама предлагала дарить его, чтобы вернуть в брак романтику.

В итоге средний вес бриллианта, проданного в США, уменьшился с одного карата в 1939 году до 0,28 карата в 1976-м. Как раз столько в среднем весили сибирские алмазы, которые продавала De Beers. То есть американки носили кольца с мелкими бриллиантами потому, что южноафриканской корпорации нужно было куда-то девать советские алмазы, подытоживал Эпштейн.

Гарри Оппенгеймер сделку с Москвой не утаивал. Через дочерние компании De Beers скупала все алмазы, которые СССР хотел продать. «Разумеется, у нас нет причин скрывать эту договоренность», — говорил Оппенгеймер Эпштейну в декабре 1978-го и добавлял: «В прошлом году мы заплатили Советскому Союзу больше полумиллиарда долларов».

В 1990 году компания договорилась с Москвой о новой сделке. СССР так нужны были деньги, что он согласился продать через De Beers алмазы примерно на 5 млрд долларов в течение пяти лет и получил аванс в 1 млрд. Договор подписали со швейцарской дочерней компанией De Beers, чтобы Москва могла не говорить, что торгует с ЮАР напрямую.

Реклама «кольца вечности» от De Beers, 1975 год. Фото: ebay.de
Реклама «кольца вечности» от De Beers, 1975 год. Слоган гласит: «Однажды вы сказали „да“. Теперь вы можете сказать „Я счастлива, что это сделала“». Фото: ebay.de

Когда в 1991 году СССР распался, контракт, рассчитанный до конца 1995 года, перешел России. Но отношения между сторонами быстро испортились. De Beers обвиняла Москву в том, что та в обход договора продает алмазы в Бельгии, Израиле и Индии. В Кремле же считали, что получают за свои алмазы слишком мало. В итоге, по некоторым оценкам того времени, за несколько лет из России «утекло» камней на сумму до 1 млрд долларов.

Новый договор подписали только в октябре 1997 года, после двух лет тяжелых переговоров. Сотрудничество продолжалось еще десять лет, пока в него не вмешалась Еврокомиссия: в Брюсселе решили, что, скупая алмазы своего главного конкурента, De Beers злоупотребляет доминирующим положением на рынке. По решению комиссии компания с 2009 года перестала покупать российские алмазы.

Навсегда, но дешевле

Сегодня придуманная для De Beers традиция помолвки все чаще обходится без природных алмазов. В двухтысячных начали продаваться ювелирные изделия с искусственными бриллиантами, выращенными в лаборатории (ранее они в основном шли на промышленные нужды, например, на изготовление режущих инструментов). Эти камни по составу не отличаются от природных, но намного дешевле. И они изменили рынок.

Кольцо с бриллиантом. Фото: unsplash.com
Кольцо с бриллиантом. Фото: unsplash.com

По данным свадебного портала The Knot, у 61% американских пар, которые поженились в 2025 году, в кольце для помолвки стоял искусственный бриллиант. В том же году медианная цена проданного кольца с природным бриллиантом в США составила 12 961 доллар, а с выращенным — 4557 долларов, то есть почти втрое меньше, подсчитала компания BriteCo, которая страхует ювелирные украшения.

De Beers тоже попыталась угнаться за этим трендом. Она делает искусственные промышленные алмазы, а в 2018-м вывела на рынок бренд недорогих украшений Lightbox с такими камнями. Однако с тех пор оптовые цены на лабораторные бриллианты упали на 90%, и в мае 2025 года De Beers объявила, что закрывает Lightbox и сосредотачивается на природных алмазах.

Но и природные камни дешевеют. В первой половине 2026 года средняя цена, по которой De Beers продавала необработанные алмазы, упала на 32%, до 105 долларов за карат. Владелец 85% акций компании, горнодобывающий концерн Anglo American, выставил свою долю на продажу еще в 2024-м и сейчас ведет переговоры с консорциумом инвесторов, который предлагает за эту огромную долю около 1 млрд долларов. Для сравнения: в 2001 году всю De Beers оценивали больше чем в 18 миллиардов (то есть доля в 85% тогда обошлась бы в более чем 15 миллиардов).

Алмазный рудник Джваненг в Ботсване, крупнейший в мире по стоимости добытых камней. Разрабатывает его Debswana, совместное предприятие De Beers и правительства Ботсваны. Снимок со спутника, 2001 год. Фото: NASA Earth Observatory
Алмазный рудник Джваненг в Ботсване, крупнейший в мире по стоимости добытых камней. Разрабатывает его Debswana, совместное предприятие De Beers и правительства Ботсваны. Снимок со спутника, 2001 год. Фото: NASA Earth Observatory

Последнее слово в этой сделке за Ботсваной. Эта африканская страна — один из крупнейших в мире производителей алмазов. Ей принадлежат оставшиеся 15% De Beers, а главные рудники страны разрабатывает Debswana — совместное предприятие De Beers и правительства. Кроме того, у Ботсваны есть преимущественное право на покупку доли Anglo American, так что без ее согласия продать De Beers не получится. 9 ноября 2026 года президент страны Дума Боко объявил, что его государство поддерживает сделку, удвоит свою долю в De Beers до 30% и станет крупнейшим акционером компании. Долю Anglo American собираются выкупить вместе консорциум и правительства Ботсваны, Намибии и Анголы, но как они поделят акции и сколько заплатит каждый, пока не раскрывается. Окончательно сделка пока не заключена.