Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  2. У забора резиденции Лукашенко вырос небольшой квартал «для своих». Даже у магазина там непростые владельцы
  3. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  4. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  5. Актриса обвинила в сексуализированном насилии актера Депардье и писателя Уэльбека
  6. Политологу Алине Харисовой сделали предложение — она сказала «да». Кто ее избранник
  7. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  8. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  9. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  10. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему
  11. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  12. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  13. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  14. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  15. Вы слышали имя Шир Хайт? Она написала книгу о том, как получают оргазм женщины — за это ее затравили так, что пришлось уйти в тень
  16. Беларусы массово ищут в Google «военнообязанный». В чем причина?


Согласно статистике по всему миру, у девочек в среднем все еще меньше шансов получить образование, чем у мальчиков. Однако если уже они оказываются в школе, то, как правило, учатся значительно прилежнее и лучше. Исключением все еще остается лишь один предмет — математика, где мальчики традиционно показывают себя сильнее своих одноклассниц. Почему так? Этим вопросом задалась группа французских ученых — о том, что они выяснили, рассказывает научное издание Nature.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / kaboompics.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / kaboompics.com

Во всем мире мальчики-подростки превосходят девочек в тестах по математике, после чего с большей вероятностью выбирают профессии, связанные с этой областью знаний. При этом, как отмечается в Nature, у младенцев мужского пола не выявлено никаких особых способностей, значительно отличающих их от младенцев женского пола.

Опираясь на эти вводные, ученые из Франции решили изучить успехи более 2,6 миллиона школьников и школьниц, которые идут в первый класс, и делали это на протяжении четырех лет. Целью было выяснить, в какой именно момент мальчики почему-то становятся способнее к математике. Оказалось, что гендерный разрыв появляется в течение первого же года обучения в школе.

Первые математические тесты дети делали в самом начале первого класса — и на тот момент все показали примерно одинаковые результаты. Единственное наблюдение — среди мальчиков получился более сильный разброс в полученных оценках: среди них были как те, кто справились очень хорошо, так и те, кто выполнил тест очень плохо. А вот девочки показали себя довольно ровно.

Всего через несколько месяцев обучения в школе все резко изменилось — стало гораздо больше мальчиков, которые справились с задачами хорошо, но в то же время и больше девочек, которые провалили тест. Уже к началу второго класса этот разрыв усилился и закрепился: если взять средний результат, то оценки мальчиков стали стабильно более высокими, чем девочек.

Такую тенденцию ученые наблюдали и в государственных, и в частных школах в каждом учебном году с 2018-го по 2021-й. Все происходило статистически одинаково с мальчиками и девочками, учившимися у одних и тех же педагогов в одном и том же классе, хотя начинали все с одного уровня.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: freepik.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: freepik.com

Одно исключение — гендерный разрыв был еще больше среди детей из семей с более высоким доходом и особенно выражен, если оба родителя были заняты в сфере науки. Исходя из этого факта и наблюдений в целом, ведущая авторка исследования Полин Мартино, занимающаяся нейронаукой, считает, что расхождение в оценках по математике обусловлено не реальными способностями детей, а навязанной им тревожностью.

Мартино поясняет: математику обычно преподают в соревновательном ключе, а тесты часто нужно делать в условиях дефицита времени. А это те условия, которых девочек, как правило, с детства учат избегать и бояться (что подтверждают другие исследования). Именно поэтому, пишут ученые, девочки — а потом и женщины — хуже справляются с математическими задачами.

Усугубить проблему могут стереотипы, что мальчики якобы от природы лучше справляются с математикой и задачами на логику. Это одновременно подрывает и уверенность в себе девочек, и веру в учениц со стороны учителей или родителей. Мартино предполагает, что поэтому гендерный разрыв сильнее всего проявился в обеспеченных семьях, где родители обычно более вовлечены в обучение и успех своих детей и из-за этого — даже без злого умысла — транслируют им вредоносные стереотипы.

Открытие может помочь сосредоточить усилия на том, чтобы не допускать отставания девочек, уверены сами ученые. Они предлагают учителям больше предлагать девочкам выходить к доске, поощрять любопытство и применение навыков решения задач вне уроков. Французское исследование стало первым, которое показало, как быстро формируется гендерный разрыв в обучении.

Напомним, ранее мы рассказывали, почему в среднем мальчики чаще девочек склонны относиться к учебе спустя рукава, несмотря на свои возможные способности (особенно когда речь идет о поступлении в университет).

По мнению американского социолога Джозефа Дэвиса, для парней-подростков решающим фактором при выборе, куда идти учиться (или не идти вообще), становится то, насколько полученные знания будут напрямую связаны с возможностью получить работу. Такие выводы социолог сделал, пообщавшись с некоторыми учащимися.

— Насколько я понял, [для парней] это даже был не столько вопрос потенциального заработка, сколько беспокойство о том, какую работу можно получить в будущем с определенным образованием. Поскольку по этому критерию большинство специальностей парням кажутся тупиковыми, поступление в колледжи и университеты они считают бессмысленным. А еще — слишком дорогим, чтобы учиться там исключительно ради личного интеллектуального роста, — рассуждал Дэвис. И добавлял: — Привычные объяснения низкой успеваемости мальчиков в школах сосредоточены на ошибках в подходах самих школ или на неспособности учиться самих мальчиков. Но если мы более внимательно рассмотрим проблемы, с которыми они сталкиваются, мы можем увидеть, что <…> работа имеет значение.